"Взаимодействие каких-либо организаций с МАК должно заканчиваться формализацией процесса, выдачей документа: либо сертификата, либо главного одобрения, либо второстепенного одобрения конструкции. Когда МАК выступал от имени РФ, это был документ государственный, от имени России как государства-разработчика и изготовителя. Сейчас я не знаю, и никто вам не скажет статус документа, который, возможно, выдает МАК. Это "фантик", — сказал Нерадько.

"Как руководитель Росавиации я нетерпимо отношусь к неисполнению правительственных решений и растрате средств федерального бюджета и налогоплательщиков на получение нелегитимных уже давно "фантиков" от МАК в сфере сертификации", — добавил он.

МАК возглавляет Татьяна Анодина, сыну которой Александру Плешакову принадлежала авиакомпания "Трансаэро". В октябре 2015 г. по решению правительства деятельность "Трансаэро" была остановлена из-за неподъемных долгов, а в декабре 2015 г. правительство забрало у МАКа полномочия по сертификации авиатехники и отдало их Росавиации.

Накануне "Коммерсантъ" и "Ведомости" сообщили, что гендиректор "Ростеха" Сергей Чемезов в августе просил согласия президента Владимира Путина на сертификацию российской авиатехники за рубежом по соглашениям МАК. У Росавиации до сих пор нет полноценных соглашений с такими важными для экспорта гражданских вертолетов странами, как Китай, Индия, Южная Корея, ОАЭ, пояснял "Ведомостям" человек, близкий к "Ростеху". Нет и полноценных соглашений с американскими, европейскими авиавластями. Кроме того, у Росавиации нет такого авторитета, как у МАКа, "и это сильно затрудняет работу по сертификации даже в тех странах, с которыми соглашения есть".

Минпромторг и Минтранс, по данным издания, высказались против возврата полномочий МАКу. А 6 ноября на совещании в правительстве, посвященном развитию ОАК, премьер Дмитрий Медведев лично сказал Чемезову, что возврат к сертификации МАКом нецелесообразен, утверждают они.

"Всем понятно, что МАК очень непросто было выпустить из рук сертификационные полномочия и смириться с утратой роли площадки для межгосударственного сотрудничества. И до сих пор находились и находятся сочувствующие в лице отдельных должностных лиц организаций и даже отдельных федеральных органов исполнительной власти, которым было "вольготнее" работать с межгосударственной организацией, которая не подвержена в силу статуса никаким проверкам. Она находится под защитой, фактически под дипломатическим иммунитетом, эту организацию никто никогда не проверял", — заявил Нерадько "Коммерсанту".